Немного горьких "сувениров" из "Хромой лошади" в Перми

[Sprinter]

Коллега вернулся недавно из Перми. Привез из закопченого зала, где разыгралась самая жуткая трагедия со времен Чеченской войны, несколько вещей. Бумага сильно пропахла едким дымом. Ксюша - это одна из официанток клуба. Мы не знаем, жива она или нет.

[Sprinter]

А вот его рассказ. Взят отсюда: 2://zagon.org/articles/skotobojnja/6 ... #postTitle

В "Хромой лошади" сейчас - потухший ад
16 декабря был внутри "Хромой лошади" - проводили следственные действия. Искали кассовые аппараты, терминалы для пластиковых карт, чеки, счета. Абсолютно все покрыто черным слоем копоти: стулья, столы, диваны. На столах по-прежнему стоят бутылки, фужеры, пепельницы, на спинках стульев - свитера, пиджаки. Под столами - пачки сигарет, зажигалки, женская косметика, туфельки. И все - черное. В баре в центре зала ряды бутылок на полках, бутылки и рюмки на стойке, кофейные чашечки на бдюдцах, у стойки - круглые барные табуретки. Все одним цветом - черное. Потрогал стекло фужеров, слой копоти, наверное, толщиной с миллиметр. Сажа какая-то липкая, долго потом не отмывалась. В ночном клубе - чернота ночи. Повесили несколько переносок, чтобы хоть какой - свет был. Весь пол засыпан палочками тростника. Они свисают с потолка, лежат на столах, они - везде. И все обугленные. Потолок разорван только в двух местах: где выступали артисты и - над дверями выхода. Именно в этих местах загорелось противошумное покрытие. Оказывается, жильцы дома постоянно жаловались на громкую музыку, поэтому и обколотили весь потолок толстыми листами утеплителя, паралона и двумя слоями белой пленкой, похожей на ту, в которую радиоаппаратуру упаковывают. Эта пленка и свисает в двух местах. Она горела именно там, где люди столпились, когда пытались выйти. Весь остальной потолок не горел. Даже тростник на 90 процентов по-прежнему цел и невредим.

Зал - небольшой. Но столиков понаставили повсюду. Сцены как таковой не было, тот пятачок, что все видели по телевизору, где эти фейерверки искрились, он меньше трех метров в ширину и метра четыре в длину. Столики окружают так тесно, что ноги сидящих, видимо, мешали артистам. Это были столики самых важных друзей клуба.

Поднял с пола программку "дня рождения". Читаю: "День рождения нашего любимого клуба "Хромая лошадь". Колпачки, дудочки, сосочки и шарики приветствуются. В костюме новорожденных вход - свободный!". Вход то был свободный, а выход - увы. И попали они отсюда "в костюммах новорожденных" прямиком в чистилище.

Следующий вечер в клубе должен был пройти 11-12 декабря. У него такая программа: "Кризис закончился!!! Провожаем его в последний пеший эротический путь на историческую родину!!! Каждый может забить гвоздь в крышку".

Читал эту программку как пророчество. Последний пеший путь. Провожаем. Забить гвоздь в крышку. Все свершилось. Именно 11, 12 декабря.

Кассовые аппараты и терминалы мы нашли на своих местах. Они не пострадали. Телефонный аппарат стоял рядом с выходом. Тоже целенький, хотя и весь черный. Идешь по залу вокруг барной стойки, которая как остров в центре, слушаешь тех, кто начинал расследование сразу после тушения, люди лежали вповалку. Больше всего у выхода, но и там, вдоль стен, где ниши с деревянными загородками, они тоже лежали, как будто и не пытались бежать и спасаться, как будто сидели и наблюдали за происходящим, пока не потеряли сознание.

Посмотрел я на то, что из себя представляет запасной выход. Тот, кто его никогда не видел, в темноте никогда его и не найдет. Надо пройти лабиринт через кухню, а потом куда-то вверх по ступенкам, делая замысловатые повороты и маневры. Это - тупик, а не путь к спасению.

Не понимаю, почему ходить в этот клуб было престижно. По своему внешнему и внутреннему оформлению он даже в Техасе выглядел бы уродливо, а в Перми и вовсе чужероден. Центр города, красивый исторический квартал и вдруг - деревянные бревна, веревки, конюшня с узенькими щелками вместо окон. Снаружи - очень некрасиво и некстати с точки зрения единого архитектурного ансамбля этого исторического квартала. Внутри зала, думаю, эти бревна тоже не очень хорошо смотрелись, особенно лавки из досок. А кухня просто убогая. Вы помните кухни в советских хрущевках? Побеленые известкой стены, покрашенные снизу масляной краской, примитивный кафель по углам, выключатели, которым лет по 40, криво в стену поставленные, мебель из прессованных опилок, у которой ни одна дверца не закрывается нормально, а всегда криво висит с торчащим ключом - так выглядит кухня этого ночного клуба. Дешево, примитивно, безвкусно. Есть рядом с кухней этажерка, где у каждой официантки была своя полочка. В зале валялась один из блокнотов официантки. Я поднял его, на нем написано "Ксюша". В блокноте чеки заказов клиетнов.Вот один из них: "Густой суп из баранины - 240 рублей. Салат Цезарь с цыпленком - 250 руб. Телятина запеченая с голубым соусом - 390 руб. Булочка (4) - 40 руб. Чай (2) - 80 руб. Итого к оплате - 1390. Шампанское Советское (1) - 400 руб.

Осталась ли жива официантка Ксюша, не знаю. Но на ее полочке все остальные бумаги и блокноты лежат нетронутыми.

Вся Пермь совсем недавно узнала, сколько в городе однофамильцев. Когда вывесили списки, десятки людей, может даже сотни горожан нашли там людей, у которых такое же имя и такая фамилия, как у погибшего. И все они подумали, что это их знакомый, или их родственник. И только потом уточнили, что не совпадает год рождения. Кто то вздохнул с облегчением, а кто то этого чуда не дождался, ошибки не произошло.

В нашей группе сотрудников была одна женщина. Она все время прикрывала лицо шарфом. Потом ее затошнило, и она больше не смогла войти в зал. Там стоит странный запах, который до сих пор ест глаза. У другого сотрудника вдруг легкие стали отказывать работать, и он начал задыхаться. У меня начала болеть голова, и я тоже почувствовал, что долго выдержать не смогу. Столько дней прошло, а убийственный яд все еще дает о себе знать. Он убил полторы сотни людей и лежит теперь на столах и стенах черной копотью. Такое ощущение, что ад временно затушили на перерыв. Тишина и чернота там, где трещал огонь и корчились в муках люди. Ключник Петр и черти всех определили по своим местам и развезли. До поступления следующей партии в преисподне - перекур.